Ошибка выполнения запроса! - Duplicate entry '154880848' for key 'PRIMARY'
Хабаровск Православный | Слово Божие для осуждённых пожизненно …
Хабаровск православный Журнал Образ и подобие Слово Божие для осуждённых пожизненно …

Слово Божие для осуждённых пожизненно …

05.04.2020

В Хабаровском крае находится новейшая тюрьма для пожизненно осуждённых с почти детским названием «Снежинка». Однако именно сюда свозят преступников, которые за свои тяжкие деяния были приговорены к пожизненному сроку лишения свободы. Сбежать из тюрьмы не получится — новейшие системы охраны пристально следят за каждым обитателем колонии особого режима. Именно в таком месте несёт свое священническое послушание священник Константин Хабибов.

– Отец Константин, какова была Ваша реакция, когда сказали, что Вы будете окормлять заключённых пожизненно?

– Любой новый опыт всегда интересен. Неожиданно было с одной стороны, но и интересно: что за люди там находятся. Всё-таки, слава Богу, мало людей, которые совершили такие преступления, за которые назначают пожизненное заключение. Я всё думал: что это за люди, как они себя ведут? Как с ними разговаривать? В первую очередь, включились некоторые стереотипы в голове. Но всё сложилось, когда я уже туда зашёл и с ними познакомился. Кстати, я встретился с иконописцами – там пишут иконы три человека, и даже с библиотекарем. Есть такой вид отбывания наказания: они сидят в библиотеке – это тоже камера, в которой расположены стеллажи с книгами. Туда приходят запросы из камер, они отбирают книги, которые потом разносят по камерам охранники.

– Какое ощущение в тюрьме? Тягостное?

– Очень тихо. Очень. В обычных тюрьмах гораздо более шумно. Коридоры свободные: никого нет, всех заключенных переводят исключительно по одному. Сидят они или в одиночных камерах, или по двое-трое. Четыре человека – это максимум. С сидящими в соседних камерах они никогда и нигде вообще не пересекаются. Это, конечно, осложняет работу с ними, делает почти невозможным участие в богослужениях.

– Хотят ли они встречаться со священником?

– Хотят все: и верующие, и неверующие, и представители других религий. Многие десятилетиями не видят новых лиц. А кто-то действительно испытывает потребность в духовном общении.

– Вы знаете, за что сидят люди, с которыми Вы встретились?

– Если честно, не интересовался.

– Вы специально не интересовались?

– Можно сказать и так. Если человек сам захочет сказать, то я против не буду, но специально я у них не спрашивал. Мне это ни к чему. Понятно, что совершили какое-то серьёзное преступление.

– И как Вам знакомство?

– Сами люди? Я думаю, если бы вы их встретили где-то на улице, вы бы не поняли, что они совершили какие-то преступления, что они сидят пожизненно.

– Эти трое иконописцев – верующие люди?

– Да. Я бы сказал, что на желание писать иконы повлияло вынужденное отшельничество. Я думаю, за неимением возможности сделать что-то плохое, человек просто меняется.

– Какие вопросы Вам задавали заключённые?

– Когда вы приедете ещё раз? Можно ли провести молебен? Иконописцы – они верующие – хотят исповедоваться и причащаться, понимают, о чём говорят. Кстати, я видел их иконы, довольно-таки хорошо написанные, в правильном каноничном стиле.

– Человек совершил преступление страшное. Он исповедался, ему священник отпустил этот грех…

– Нет. Грех отпускается в том случае, если человек покаялся. Исповедоваться – это как сказать: «Прости». Можно пнуть человека по ноге и сказать: «Прости». Ну, прощаю. Потом опять пнуть: «Ой, прости!» И так до бесконечности. Значит, у человека этого нет раскаяния. Он сделал это специально и сделает ещё раз. Поэтому такой грех, даже если священник его и отпустит, останется на человеке. Ведь не священник грех отпускает, а Господь через священника. Священника можно обмануть, но Господа – невозможно. Но когда человек раскаялся (вы же знаете, что покаяние по-гречески – это «метанойя», то есть изменения ума), тогда другое дело. Когда ум человека изменился и он покаялся, исповедовался, вот в этом случае действительно Господь отпускает и прощает этот грех и забывает его, какой бы он страшный ни был. Такое покаяние достигается в течение всей жизни. Может, и хорошо, что у нас высшая мера наказания – пожизненное заключение. Тогда человек может найти в себе силы и время на покаяние.

– Зачем в колонии нужен священник? Чтобы преступников ещё и «по головке гладить»?

– Священники по головке не гладят. И приходят не для того, чтобы утешать. Священник нужен для того, чтобы объяснить, в чём смысл греха, потому что не каждый человек, даже находящийся на свободе, никогда не убивавший или, наоборот, убивавший, не всегда понимает, что такое убийство, в чём грех заключается? Вы же, наверное, читали «Преступление и наказание»? Помните, что Раскольников, когда уже был на каторге, даже тогда не понимал, в чём грех заключается. Потом, постепенно, когда ему Евангелие принесла Соня Мармеладова, когда он стал читать – вот тогда он начал понимать суть греха. А изначально он не мог понять почему он, «хороший человек», каким он себя считал, должен сидеть за то, что убил какую-то старуху-процентщицу, которая злая и всех ненавидит.

– Грех – это преступление против Бога?

– Это преступление против Бога, против человека, против себя лично. Совершая грех, человек убивает в себе связь с Богом, убивает творение Божие, ставит себя на место Бога и так далее. Самое плохое, когда человек не понимает, что действительно совершил это страшное преступление против Бога. А когда он этого не понимает, то не может раскаяться, понимаете? Поэтому священник нужен для того, чтобы человек понял: да, действительно, я совершил преступление.

– Какие планы у вас?

– Посмотреть на духовное состояние этих людей: кто готов к исповеди или причастию, кто ещё нет. Взял книги в епархии, привезу им духовную литературу самую простую – для новоначальных. Ещё хочу добавить Закон Божий обязательно. Приезжать буду раз в две недели – чаще не получится

ввиду особенностей режима. Чтобы поисповедовать этих людей, очень много времени затрачивается: одного должны забрать, провести полностью через все лабиринты коридоров, другого привести.

– Есть ли там какой-то храм?

– Сейчас работают над созданием маленькой комнаты. Нет смысла храм там делать. Когда в колонии создают храмы, даже в колониях строгого режима, то в этом есть смысл, потому что построили отряд и привели на службу. Священник послужил, проповедь произнёс, кого-то причастил, кого-то поисповедовал – и получилось богослужение. А в такой тюрьме это невозможно, потому что больше чем 4 человека всё равно в одном помещении никогда не смогут находиться.

– Миссия в тюрьмах – важное дело?

– «В темнице был, и вы пришли ко Мне» – эти слова Иисуса Христа дают чёткое обоснование тюремному служению как одному из важнейших направлений социальной деятельности Церкви. Ведь как гласит народная мудрость: «От сумы и тюрьмы не зарекайся». А Господь ждёт каждого кающегося грешника, ведь Он хочет спасения всех людей. Осталось самим людям сделать шаг к Нему навстречу.


"Образ и подобие"